Логотип РФС
Российский Футбольный Союз
Общероссийская общественная организация
10:55, 20 апреля 2017
Правила игры Александра Мирзояна

20 апреля исполнилось 66 лет члену Исполкома РФС, советнику президента РФС, главе Союза ветеранов футбола России, известному в прошлом футболисту Александру Мирзояну. Будучи одним из лучших защитников нашего футбола конца 70-х – начала 80-х, Мирзоян поиграл в трёх клубах: «Нефтчи», «Арарате» и «Спартаке». Запомнился тем, что очень хладнокровно исполнял удары с одиннадцатиметровой отметки. По окончании карьеры работал тренером, а сегодня уже более 20 лет возглавляет Союз ветеранов футбола России. Коллектив РФС поздравляет Александра Багратовича с днём рождения! Желаем ему счастья, здоровья, благополучия и успехов в работе на благо отечественного футбола!

Досье

Александр Мирзоян. Защитник

Родился 20 апреля 1951 года в Баку.

Выпускник футбольной школы группы подготовки бакинского клуба «Нефтяник» (РСДЮШОР «Нефтчи»).

Выступал за команды: «Нефтчи» Баку (1968–1974), «Арарат» Ереван (1975–1978), «Спартак» Москва (1979–1983).

Чемпион СССР 1979 г. Обладатель Кубка СССР 1975 г.

В составе сборной СССР провёл 2 матча.

Бронзовый призер чемпионата Европы среди юниоров 1969 года

Главный тренер клубов: «Спартак» Кострома (1986). «Локомотив» Горький (ныне – Нижний Новгород) (1987–1988).

Правила игры Александра Мирзояна

Не было бы футбола, не отмечал бы я день рождения два раза в год. Объяснение этому простое – в детско-юношеских соревнованиях обязательно разделение участников по возрасту, причём отсчёт начинается не с 1 января, а почему-то с 1 августа. В середине 1960-х годов я выступал в сборной юношеской Азербайджана в традиционных соревнованиях «Юность», «Надежда» вместе с ребятами, которые были старше меня на два года. Вот тогда-то на меня и обратил внимание тренер юношеской сборной Евгений Иванович Лядин, и я должен был ехать на юношеский чемпионат Европы. Однако своевременно мои выездные документы не были оформлены, и я остался дома. Формально я не мог участвовать в следующих соревнованиях, поскольку родился в апреле, но кто-то посоветовал моим тренерам изменить в документах дату рождения с апреля на октябрь, что в Баку сделать в те годы было легко. В результате у меня появилась возможность продлить свою футбольную юность на целый год.

Я не стал вносить поправку в паспорт, что избавило меня от лишней волокиты. О настоящем дне рождения знают родственники, друзья, поэтому поздравляют меня именно 20 апреля. Праздную день рождения один раз. Всегда отмечали только 20 апреля, а 20 октября у нас в семье было нечто вроде 1 апреля – Дня смеха. Мой друг и одноклубник по «Нефтчи» Рафик Кулиев как-то в шутку спросил: «А в октябре кто стол накрывает?» «Ты, конечно», – отвечаю.

В футбольную секцию меня повёл записывать товарищ. Предварительно дал очень дельный совет: «Понимаешь, Саша, ты полненький и высокий. Поэтому, когда тренер спросит, кем хочешь играть, скажи, что защитником». Когда всех ребят построили и стали спрашивать, на каких позициях они играют, все, как обычно, оказались нападающими. «А ты кто?» – спросили меня. – «Я защитник». Тренер Евгений Иванович Жариков, сам в прошлом защитник, тут же взял меня в команду.

В 18-летнем возрасте я был приглашён из ДЮСШ в команду мастеров «Нефтчи». Попал в компанию отличных футболистов – Эдуарда Маркарова, Анатолия Банишевского, Казбека Туаева… Дебютировал я в Одессе в матче с «Черноморцем» и играл, кстати, против Виктора Прокопенко. «Нефтчи» не добивался таких крупных успехов, как «Арарат», а тем более «Спартак», но я благодарен судьбе, что футбольную азбуку начал изучать именно в Баку.

В «Арарате», куда я перешёл в 1975 году, многое было далеко не так, как в «Нефтчи». Прежде всего я попал к выдающемуся тренеру Виктору Александровичу Маслову, который был не только профессором в чисто футбольных делах, но и тонким психологом. Я увидел иное, чем в «Нефтчи», отношение к футболу и у игроков, и у тренеров. Виктор Александрович обладал умением распознать любого человека, знал, как лучше разговаривать и с 18-летним игроком дубля, и с 50-летним чиновником.

В 1975 году с «Араратом» мы взяли Кубок СССР, через год – серебряные медали чемпионата. Меня начали привлекать в олимпийскую сборную. Но затем «Арарат» покатился вниз. К руководству тоже пришли нефутбольные люди, начались интриги, тренеру не давали спокойно работать, строили козни. Даже вспоминать не хочется… Вдобавок на полтора месяца залетел в больницу: в ногу попала какая-то инфекция, чуть не ампутировали.

В «Спартаке» был дружный, молодой коллектив. Атмосферу в нём очень трудно описать словами. Это была такая команда, в которую ты однажды приходишь, проникаешься её духом и становишься спартаковцем навсегда. Конечно, переход к Бескову – это переход на качественно иной уровень. Его требования заставляли игроков относиться к делу в высшей степени профессионально. Его футбол – целая наука. Когда против тебя выходили играть в «квадрат» такие мастера, как Гаврилов, Черенков, Шавло, можно было умереть на поле, но мяча так и не коснуться.

Спартаковскую игру я поймал почти сразу. В первом матче начинал атаку средним пасом. Но мне дали понять, что Константин Иванович такие передачи не одобряет, и я быстренько перестроился на короткий пас. После ухода из «Арарата» очень хотел доказать, что как футболист чего-то стою.

«Спартак» – особая страница в моей биографии. Считаю, всё лучшее, что мог сделать в футболе, показал в «Спартаке». Другое дело, что в силу различных обстоятельств я всё-таки не доиграл 2–3 года и уходить полным сил и здоровья не следовало бы. Но, закончив играть в основном составе, я остался в «Спартаке» – работал с дублёрами, помогал Бескову тренировать основной состав, причём и сам занимался в полную силу и готов был в любом матче выйти на поле.

Своей карьерой в принципе доволен. Ведь я поиграл в трёх ведущих, но очень разных по стилю клубах страны. Осталось, правда, и чувство неудовлетворения. Я и сейчас понимаю, что свой футбольный потенциал далеко не исчерпал.

После завершения игровой карьеры и окончания высшей школы тренеров я один год поработал тренером в костромском «Спартаке». Затем один сезон провёл в Горьком. Но разница между высшей и низшими лигами была настолько велика, что я не выдержал. В низших лигах я столкнулся с тем, чем тренер не должен заниматься. Скажем, добывать деньги для судьи, которые давались арбитрам за объективное судейство, за то, чтобы они не мешали футболистам играть в силу своих способностей. Разве это не унизительно! В итоге я вернулся в Москву, стал работать с детьми в клубе завода «Красный богатырь», играть за ветеранов.

Когда исполнял пенальти, никаких пауз я не делал и, значит, правила не нарушал. Просто изучал манеру игры вратарей, знал, как они могут сыграть при пробитии 11-метровых ударов, и обязательно смотрел на опорную ногу голкиперов. А многим казалось, что пауза складывалась из-за моего медленного разбега и в то же время длинного шага – поначалу я вроде бы семенил и неторопливо приближался к мячу, а у вратарей не выдерживали нервы и они падали до моего удара.

Однажды я смазал пенальти. Такой случай действительно произошёл в 1981 году в финале кубкового матча с ростовским СКА. Но тогда нервы не выдержали не только у вратаря, но и у меня – перед ударом я увидел, что голкипер упал, и пробил в другой угол. Но мяч попал в штангу. И с этого матча, похоже, начался мой закат в «Спартаке». Хотя, с другой стороны, об этом нереализованном пенальти мне так часто напоминают, что я даже стал шутить по этому поводу: мол, если бы забил, все давно забыли бы, а так – вошёл в историю. Правда, через другую дверь.

Сейчас я возглавляю Союз российских ветеранов футбола. Идея создать эту организацию, не буду скромным, была моя. Я понял, что мы, бывшие футболисты, за счёт наших связей, нашей известности могли бы установить деловые связи с теми, кто в свою очередь помог бы ветеранам поправить семейный бюджет. В результате был создан наш союз. После этого стали искать спонсоров, и организаций, согласившихся сотрудничать с нами, нашлось немало. Всё это позволило нам, с одной стороны, проводить турниры, играть товарищеские матчи в разных городах и, следовательно, знакомить любителей футбола с игрой бывших звезд, а с другой – ветераны футбола стали получать материальное вознаграждение.

Стараемся поддерживать контакт со всеми ветеранами. И теми, которые в чём-то нуждаются, и теми, кто ни в чём не нуждается. Хотим, чтобы они не сидели дома, а участвовали в общественной жизни. Ежемесячно, например, проводим турнир «Негаснущие звезды» – в нём участвуют пять команд ветеранов: «Локомотив», «Торпедо», ЦСКА, «Динамо», «Спартак».

При подготовке материала использованы цитаты из интервью Александра Мирзояна изданиям «Советский спорт» и «Спорт-Экспресс».

Фото: sports.ru

Категория:
Мужской
Раздел:
РФС - Комитеты и комиссии
Теги: