Инал Танашев: «Я кайфую от футбола»

РФС представил документальный фильм об арбитре РПЛ Инале Танашеве, который по итогам сезона 2025/26 занял второе место в рейтинге судей чемпионата России. В фильме он рассказал о дебютном сезоне в элите российского футбола, работе на матчах и жизни за пределами футбольного поля.

Танашев вспоминает детство, рассказывает о пути в судействе и отвечает на вопросы о своих увлечениях, изучении английского языка и самых необычных эпизодах в карьере.

В интервью для фильма Танашев рассказал:

— Как изменилась его жизнь после дебюта в РПЛ

— Кто из футболистов был его кумиром в детстве

— На каком автомобиле он ездит

— Сколько времени уделяет изучению английского языка

— Как стал причиной массовой драки во время матча

— Инал, мы заходим на стадион в Нальчике, и все тебя узнают. Когда почувствовал, что стал узнаваем?

— Когда начал судить Премьер-лигу. У меня один сезон в РПЛ, но как будто с десятью сезонами за плечами. Люди стали больше спрашивать, писать моим друзьям. С каждой игрой это всё увеличивалось. А после финала Кубка был резкий скачок.

— Ты привык к этому? И как к этому относишься?

— Это очень приятно. Каждый стремится чего-то добиться в жизни, и когда дети подбегают, просят расписаться или сфотографироваться — это кайф. Я рад, что могу стать примером для детей и молодёжи. Всё возможно, если трудиться и верить в себя.

— Какой самый неожиданный респект был в последнее время?

— Наверное, самый важный респект — от старшего поколения, ветеранов «Спартака» из Нальчика. Их признание очень ценно — тех, от чьей игры я получал удовольствие.

— Насколько сейчас команда «Спартак» из Нальчика важна для тебя? Следишь за её результатами?

— Если я на выезде, стараюсь смотреть трансляции. Для всей республики футбол — это «Спартак» Нальчик, первая команда республики, отдушина. Когда команда играла в Премьер-лиге, это была визитная карточка республики. Мы переживаем, болеем, смотрим.

— В детстве ходил на стадион?

— Да, конечно. Обычно с отцом.

— Ты сразу загорелся футболом?

— Да, однозначно. С шести лет играл везде, где можно. Всё началось в Урухе, где я родился. Потом перешёл в 31-ю школу — это спортивная школа, где с 5 по 11 класс мы тренировались. Именно там я окончательно понял, что хочу быть в футболе. В 10-11 классе мы попали в «Спартака» Нальчик. Конечно, мечтал играть за первую команду республики — это мечта любого ребёнка. Нальчик играл в Премьер-лиге, 15 тысяч на трибунах — каждый хотел проявить себя на этом поле.

— То время часто вспоминаешь?

— Конечно. Золотое, беззаботное время: школа, продлёнка, питание, тренировки. Спасибо тем, кто создал эти условия, спасибо родителям, которые всё сделали. Я не думал, где достать бутсы — всё было. Спасибо дяде Зауру, который меня из Уруха вытащил. Родители не решались, а он настоял, привёз меня в Нальчик.

— Сколько лет тебе было, когда выпорхнул из гнезда родителей?

— В пятом классе меня привезли в 31-ю школу. Там был специальный футбольный класс, из которого вышло очень много футболистов.

— Ты совсем ребенком был. Не скучал по дому?

— Скучал, но отец забирал домой на выходные, а в понедельник я снова приезжал.

— Сменить сельскую жизнь на городскую — был ли контраст?

— Сначала чувствовался. В пятом-шестом классе даже русский язык давался тяжело: в селе все говорят на родном языке, по-русски меньше общаешься. Переезд был непростым, как у легионера, но потихонечку всё наладилось.

— Тот «Спартак» Нальчик, который гремел в Премьер-лиге, с кем он у тебя ассоциируется? Главное воспоминание о той команде?

— Арсен Баширович Коноков и Юрий Анатольевич Красножан — они создали ту сказку. Красножан даже без большого бюджета умудрялся составлять сильную команду, которая играла на равных с любыми. Для нас каждая игра была большим праздником. В республике развит только футбол как командный вид спорта, и вся республика ждала матчей — антураж и атмосфера были уникальными.

— Кто был кумиром из футболистов?

— Мне нравился Миодраг Джудович — центральный защитник, капитан команды. И Шамиль Асильдаров — он здесь один круг отыграл, но настолько запомнился. Давид Сирадзе, игрок сборной Грузии, тоже феерил здесь.

– Чьи-то плакаты в детстве у тебя висели в комнате?

– Нет, но футболка у меня была. Гогиты Гогуа. Не его личная — здесь на стадионе тогда продавали две футболки — Машукова и Гогуа. Тогда ещё не было фан-шопов, а футболку игрока получить мне ни разу не удалось.

– Ты сказал, что большой фанат футбола и продолжаешь играть. Чем он тебя так цепляет?

– Сейчас я не играю — нельзя получить травму. Но я очень люблю играть. Могу включить даже четвёртый дивизион Англии и смотреть с удовольствием. Я кайфую от футбола: приходишь домой, смотришь обзоры, наслаждаешься.

– За какие сборные болел на чемпионате мира?

– Из команд ни за кого. Болел за арбитров: за Ильгиза Танташева из Узбекистана. Ему дали три игры, в том числе Франция — Парагвай. Это очень круто, это солидно. Лично мы не знакомы, и я не знаю, знает ли он меня. Но я его точно знаю. Переживаю, болею за него. Узнал о нем от Милорада Мажича. Очень надеюсь, что у него всё получится. Радуюсь, что ему доверили такие матчи.

– Проецируешь себя на работу на чемпионате мира в дальнейшем?

– Если честно, кажется, что до этого очень далеко. Но я пытаюсь идти поэтапно. Надо начинать ударно второй сезон, получить категорию ФИФА, и уже поэтапно думать об этом. Надежда есть.

– Думаешь, потянешь этот уровень?

– Думаю, да. При правильной работе в ближайшем будущем.

– Твои старшие наставники уверены, что ты там не потеряешься?

– Так говорят?

– Да.

– Старших надо слушать. На Кавказе особенно. Будем стараться.

– Есть ли европейские футболисты или команды, которые тебе импонируют?

– Стивен Джерард с детства. Он посвятил много лет одному клубу и на высоком уровне — это вызывает уважение. Для нейтрального болельщика он — пример. Хотел бы футболку его, конечно.

– Отпуск ты весь дома проводишь?

– Да. Был в Урухе и Нальчике, никуда не ездил.

– Это принципиальная позиция — быть дома?

– Я и зимой дома с родными. Мне тут комфортно, максимум горы посещаю иногда. Не люблю летать за границу. Наше село маленькое, дружное. Здесь я родился и жил. Я здесь часто: раз-два в неделю точно, бывает чаще. Если бы не было выездов, я бы всегда здесь жил. Но тренировки и рабочие дела в Нальчике — тяжело совмещать.

– А ты сам не водишь?

– Вожу. Моя машина в Урухе, семья на ней. Жена и ребёнок.

– Первая машина какая была?

– Первая и пока что последняя – «Гранта» 2013 года. Надежная. Автомат, кондиционер есть. Нормально, жить можно.

– Менять не планируешь?

– Хотелось бы новую. Дай бог, если сложится по деньгам. Посмотрим. Если в новом сезоне хорошо и стабильно работать, то намерения такие есть.

– У вас безумно красивая республика. Осознаёшь это или относишься как к данности?

– Мы благодарим Всевышнего, который наделил нас такой прекрасной природой. Здесь и климат, и природа. Очень много красивых мест, мест притяжения, где ты набираешься сил. Одно из них – Голубые озера. Мы не относимся к этому как к данности, а благодарим за эту красоту.

– Как часто выбираешься в такие места, важно ли это для перезагрузки?

– Эти места — умиротворение и перезагрузка. Нечасто получается, но по ходу сезона стараюсь хотя раз в два месяца выбираться с семьёй, чтобы переключиться, освежить голову и отдохнуть от футбольной суеты.

– Для тебя Кабардино‑Балкария — самое красивое место в России?

– Мне здесь максимально комфортно. Зеленый город, зеленая республика. Мне очень нравится у нас. Возможно, инфраструктурой мы уступаем большим городам, но для меня лучшего места нет, чем моя республика.

– Поэтому продолжаешь здесь жить?

– Да. Надеюсь, буду всегда здесь жить.

– Никогда не думал о переезде в Москву?

– Коллеги спрашивают, планирую ли переезд. Пока таких планов нет: меня всё устраивает здесь.

– Каждый тур приходится летать, преодолевать лишние километры. Это не выматывает?

– Нет, это в радость. Когда есть возможность работать на таком уровне, переезды — это мелочь, тем более в моем возрасте. На это не жалуюсь. Всё супер.

– Ты начал учить английский?

– Да, изучаю. Занимаюсь с репетитором и дома стараюсь заниматься дополнительно. Раньше относился к этому непрофессионально, но сейчас стараюсь наверстать упущенное серьёзно занимаюсь и хочу улучшить знания. Надеюсь, в этом сезоне будет лучше, чем в прошлом году.

– Как часто занимаешься?

– Стараюсь 3–4 раза в неделю.

– Мотивация для занятий — общение с легионерами или международные турниры?

– Для каждого из судей мотивация — подниматься выше, стать арбитром категории ФИФА и работать на международном уровне. Моего английского хватает, чтобы разговаривать с легионерами, но надо лучше.

– Какое место в твоей жизни занимает религия?

– Религия для меня на первом месте, затем семья. Чтение Корана, пятикратный намаз, посещение мечети — это неотъемлемая часть жизни мусульманина и требует много времени. Но так должно быть, это правильно.

– Насколько тяжело совмещать религию и профессию арбитра?

– Вообще несложно. Наоборот — помогает. Я чувствую помощь Всевышнего в играх и в карьере. Всё начинаю с именем Всевышнего и верю, что он мне помогает, ограждает от каких-то сложностей.

– Делаешь послабления во время Рамадана?

– Нет, никаких послаблений не делаю. На сборах мы постились 7–8 дней. С Милорадом был четный диалог. Он ничего не запрещал. Мы постились, тренировались, ничего не пропускали. Милорад сказал, что нам силы нужны, и просил контролировать эти моменты, чтобы всё было разумно. Ему не нужны судьи, которые работают вполсилы. Я его понимаю – ты никому на поле не объяснишь, что у тебя пост. Мне повезло: все три игры, которые я судил в Рамадан, были вечерними, и по времени я успевал чуть перекусить, попить воды, и выйти на поле.

– Ты занимаешься благотворительностью. Расскажи, как именно.

– Пытаемся хотя бы репостами помогать. Например, приезжаем к ребенку, которому нужна помощь, снимаем видео публикуем посты. Люди, которые нас знают, делают репосты, переводят деньги. Получается, что мы помогаем в том, чтобы запустить это медийно, распространить. К сожалению, много обманщиков, которые делают картинки, дают реквизиты, а на самом деле нет никакого больного ребенка. Мы проверяем истории: приходим и смотрим выписки из больниц, все документы.

– У работы судьи в Кабардино‑Балкарии есть специфика — горячий народ?

– Конечно. У нас очень горячие, вспыльчивые люди, футболисты. Иногда шутят, что если научился судить у нас в республике, то можешь судить и на чемпионате. Это конечно шутка, но народ страстный и эмоциональный.

– Расскажешь истории, через что проходил?

– Бывали случаи, когда мне прилично прилетало. В каком-то селе я удалил игрока гостей, хозяева всё равно проиграли, и началась массовая драка болельщиков и игроков. А их общей целью стал я. Мы это прошли, и это только сделало нас крепче. Люди воспринимают проигрыш слишком близко к сердцу, никто не хочет проигрывать, и часто крайним оказывается судья. Сейчас ситуация в республиканском футболе намного лучше.

– В республиканской лиге есть охранники, кто следит за порядком?

– Есть делегат матча и человек, который пытается регулировать ситуацию. Но если команда и болельщики завелись, никакие охранники не остановят. Лучше работает, если местный авторитет успокоит людей.

– Ты сказал, что тебе досталось физически. Насколько серьёзно?

– Было дело. Достаточно прилично досталось — мы с одним футболистом начали драться, и остальные подключились. В такие моменты у людей затмевает разум, много эмоций. Ничего страшного, бывает везде.

– Как вы познакомились с Милорадом? Вспомни первую встречу.

– В Сочи, на турнире среди команд третьего дивизиона. Я работал во втором дивизионе и был в программе «Таланты и наставники» у Николая Владиславовича Левникова. Получилось так, что именно в день, когда мне дали игру, прилетел Милорад. Мы познакомились, после игры он подошёл и сказал: «Я дам тебе шанс». И пригласил на сбор первого дивизиона.

– Как сейчас у вас строится общение? Часто созваниваетесь, общаетесь?

– Прилететь может прилично, это я точно знаю. Милорад очень требовательный человек. Может позвонить в любой момент: за плохую тренировку, за игру, за английский язык может прилететь. Он всё отслеживает и держит в тонусе. Я понимаю, что звонок может быть в любую секунду, поэтому вообще не расслабляюсь. Наверное, это работает, раз у меня получился такой неплохой сезон.

– Для тебя самый статусный матч – финал FONBET Кубка России. Что чувствовал перед игрой? Было волнение?

– До последнего не понимал, что происходит. На предматчевом осмотре поле за полтора часа до матча уже болельщиков было столько. Но я не волновался: было странное чувство уверенности, что всё будет хорошо. Когда прозвучал стартовый свисток, стадион забил — был такой кайф, что не передать. За неделю до игры я узнал, что буду судить финал. 30-й тур я пропускал, мне дали отдохнуть. Многие эксперты, журналисты говорили, что я буду судить финал. Но ни я, ни моя бригада в тот момент этого не знали. Только после 30-го тура узнали.

– Как семья поддерживала в этот момент?

– Жена была уверена, что я буду судить финал. Не знаю, откуда у неё была эта уверенность.

– Семья смотрит твои матчи на стадионе?

– Жена бывала на матчах, а родители нет. Отец и так очень переживает, даже когда по телевизору смотрит. Поэтому на стадион ему точно нельзя. Болеет дома.

– Когда финал закончился, что ты почувствовал?

– Про себя сразу благодарил Всевышнего. По игре чувствовал, что ключевых ошибок не было, что мы отработали надёжно. Обе команды подошли, поблагодарили, проявили уважение — это важно. Даже «Краснодар», тренерский штаб и футболисты, для которых это был большой удар и им было очень тяжело, поблагодарили. И большое спасибо им за эту адекватность. Я получил удовлетворение от нашей работы: не испортили большой футбольный праздник.

– В чём кайф судейства? Ты прилагаешь усилия и испытываешь стресс, чтобы в лучшем случае тебя не раскритиковали.

– Иногда и я задумываюсь, зачем мне всё это нужно. Особенно накануне игры. Но кайф в том, что хочется остаться в футболе: ты много лет отдал этому спорту, с пяти лет тренируешься. Судейство – неблагодарная работа: много критики, давления, стресса. Но когда ты приложил максимум усилий, сделал всё справедливо и надёжно — от этого получаешь огромное удовольствие. Наверное, в этом кайф.

– Почему к арбитрам такое внимание? Почему общественность так живо реагирует?

– Я понимаю болельщиков: когда ты болеешь за команду и, в твоём понимании, к ней применяют несправедливое решение. Их эмоции понятны. Но хотелось бы попросить их быть чуть терпимее к нам. Поверьте, я искренне это говорю. Мы все живые люди, и все хотят, чтобы всё было гладко и справедливо. Но не всегда это получается.

– Было бы лучше, если бы судейская тема стала безразлична и обсуждали только футбол?

– Однозначно. Возможно, это сняло бы какое-то давление и тогда арбитрам стало бы легче. Хотелось бы, чтобы обсуждали больше футбольную составляющую, а не судейство.

– О чем мечтаешь, если не брать футбол?

– О стабильности в семье и в жизни. Простые планы: спокойно жить и заниматься семьёй. Разумеется, хочу судить и забраться повыше.

– Второй сезон будет сложнее?

– Мои наставники говорят, что ожидания во втором сезоне будут больше, потому что первый прошёл максимально достойно. Честно говоря, рассчитывал судить в Первой лиге и получить матчей пять в Премьер-лиге. Получилось больше. Теперь ожидания у людей выше. Я уверен, будет как минимум непросто, но надо каждую игру выходить и подтверждать.

Фильм об Инале Танашеве можно посмотреть на каналах РФС в VK Видео и YouTube.